Кому, как и при каких обстоятельствах вручал эту награду Иовиан, мы не знаем, но владелец ее явно был очевидцем событий. А они развивались следующим образом. Валснт двинулся было на Восток, чтобы продолжить кампанию против персов, но уже в Вифинпи, в Малой Азии, получил тревожные вести, что готы готовы перейти Дунай, а в Константинополе вспыхнул мятеж некоего Прокопия (Курбатов 1958), претендующего на престолонаследие в силу родственности с Юлианом и Констанцием, — а он и на самом деле был двоюродным братом Юлиана с материнской стороны, что подтвердила и вдова Констанция. Хотя Прокопин при Юлиане и занимал достаточно высокие гражданские должности и якобы именно его Юлиан на смертном одре назвал своим преемником, в народе и в армии он был мало известен, тем более что во время правления Иовиана вообще был вынужден скрываться, подозревают, что в Крыму. Проко-пий обратился с письмом к готам, требуя исполнения договора и поддержки его как продолжателя константиновского рода и законного наследника.

И в самом деле готы заключали фсодус с Константином, верно служили его прямым наследникам — представителям того же семейства, а Валснт и Валснтиниан к этому роду не принадлежали, были ставленниками легионов. Готы, естественно, должны были поддержать именно Прокопия, хотя, осознавая, вероятно, двусмысленность ситуации, направили во Фракию сравнительно небольшой отряд в три тысячи воинов. Наверное, разведка Валснта не очень хорошо сработала, и он выставил против готов целых два легиона.

Когда по пути солдаты зашли в Константинополь, перед ними неожиданно появился Прокопий в императорском одеянии. Красноречием он не отличался, но у него на руках была малолетняя дочь Констанция, и легионы присягнули ему на верность, то же сделали и войска во Фракии, а затем и легионы в Вифи-нии, посланные Валснтом теперь уже против Прокопия. Сторонникам узурпатора удалось захватить Кизик, где в тот момент находилась часть казны, предназначенная для выплат всей восточной армии, — сумма немалая.