Керамика, обнаруженная П. И. Хавлюком на острове Мытковском и на ряде других раскопанных им памятников (Хавлюк 1963), не была абсолютной новостью для археологов. Она очень напоминала керамику так называемого пражского типа, известную уже и в Чехии (Borkowski 1940), и керамику из курганов типа Корчак в Украинском Полесые (Гамчснко 1896; Кухарснко 1955; 1960а), но памятников такого сорта было немного, хронология их была не очень ясна, на них не обращали специального внимания, и они оставались загадкой. Открытия же П. И. Хавлюка указали, в каких топографических условиях стоит искать подобные поселения. Условия оказались необычными: чаще всего это должны были быть поймы рек, низкие, затопляемые в половодные места. Археологи-слависты обычно в своих разведках такие места миновали, но теперь стали заглядывать и туда.

Число памятников стремительно росло, и вскоре их на обширных пространствах от Праги и Эльбы до Курска выявилось достаточно много. Стало ясно, что они относятся к VI-VII вв. и в общем и целом соответствуют времени и территориям расселения раннеславянских племен склавинов, антов и венетов.

Выявились и три сходные археологические культуры: пражско-корчакская, пеньковская и колочинская (Берсзовец 1963а; Петров 1963; Рафалович 1972; Русанова 1973; Zcman 1976; Brachmann 1978; Приходнюк 1980; 1998; Горюнов 1981; Баран 1988; Parczewski 1993). Вновь открытый цикл раннеславянских культур совсем не напоминал предшествующую Черняховскую культуру. Территории их распространения перекрывались лишь частично. На славянских памятниках представлена исключительно лепная керамика и почти исключительно горшки, в отличие от прекрасной и разнообразной гончарной посуды черняховцев; не было ни длинных наземных построек, ни обряда трупоположений, ни костяных гребней, ни стекла; железные и бронзовые изделия тоже здесь были редкостью.