Усиление интереса к Балтике со стороны не балтийских держав было вполне закономерно. Именно во второй четверти XVI в. в Западной Европе сказались последствия притока драгоценных металлов из Южной Америки — началась революция цен. Новые ведущие торговые нации выдвинулись теперь на Атлантическом побережье Европы, отчасти в непосредственной близости от Скандинавии, а именно — голландцы и вслед за ними англичане и французы. На берегах Северного моря и Ла-Манша возник емкий, практически неограниченный рынок сбыта для традиционных предметов скандинавского вывоза. Датские зерно и скот, шведские железо и медь, норвежский корабельный лес, норвежская и датская рыба в разных видах закупались голландскими, а затем и английскими купцами в количествах, далеко превосходивших ганзейские времена. Значительно подорожали привозные иностранные товары и наемная рабочая сила. Накапливали капиталы, учреждали конторы и склады, снаряжали суда и датские купцы, хотя они по-прежнему далеко уступали по богатству своим западным конкурентам.

Если в 1497 г. Зунд прошли пять датских кораблей, то в 1560 г. их было 39, а в 1587 г. уже 473. Растущее значение северных рынков — скандинавского и русского — стало к середине XVI в. вполне очевидно политикам и коммерсантам самых разных стран. В международный обиход вошло понятие балтийское господство — аоттшт тапз Ваш (лат.). Русское государство Ивана Грозного начало борьбу за широкий выход к Балтийскому морю. В 1558 г. после безрезультатной русско-шведской войны в Карелии началась 25-летняя Ливонская война. На наследие Ливонского ордена претендовало и Польско-Литовское государство, а вслед за ним и обе скандинавские державы. В 1559 г. епископ острова Эзель (ныне Сарема) принял покровительство датского короля Фредрика II (1559—1588), в 1561 г. горожане Ревеля и эстляндское (немецкое) рыцарство присягнули на верность новому шведскому королю Эрику XIV — старшему сыну Густава Вазы (1560—1568).